Платформа дебатов и общественных дискуссий
Выпускается при поддержке:

Дебаты: Есть ли будущее у отечественного автопрома?

Михаил Делягин
Михаил Делягин
Экономист
Есть. Но нужно подходить к проблеме комплексно, ограничив произвол монополий и финансовые спекуляции.
читать полностью
Михаил Делягин
Экономист

Шанс у российского автопрома в связи с запуском завода «Москвич» есть, но все дело в объеме работ. Когда Герман Греф в бытность свою министром экономического развития и торговли в середине 2000-х годов занимался привлечением в Россию иностранных инвесторов, он делал это путем уничтожения российской продукции комплектующих изделий. Весь наш автопром за небольшими исключениями был переведен на «отверточную» сборку частей изделий, которые привозились из-за границы.

Уровень локализации был довольно приличный, хотя многое делалось и здесь, даже двигатели. Но принцип был один: уничтожить свою промышленность комплектующих и заменить ее чужой. Эта задача была решена. В результате сейчас возникает многоуровневая проблема, потому что для сборки машин Renault на АвтоВАЗе нужны запчасти и комплектующие Renault. Но даже для того, чтобы производить здесь самим эти комплектующие, нам тоже нужны импортные элементы. И это достаточно сложная многоуровневая задача. У нас пока обсуждаются только верхние уровни: где мы возьмем комплектующие, давайте договоримся с Renault, чтобы продолжали поставлять запчасти, и т. д.

Нужна массовая промышленная активность. Нужны дешевые кредиты. Учитывая, что рентабельность нашей обрабатывающей промышленности по активам 5% (согласно официальным данным), доступный кредит для промышленности — это 2%. Это вам не ипотека. И это задачи уже не для Минпромторга, а для государства: такой дешевый кредит требует ограничения финансовых спекуляций и ограничения произвола монополий. С учетом решения этих двух задач все остальные сложности только технические.

А также нужно нормализовать образование, чтобы выпускники вузов (не говоря уже о школах и колледжах) были в состоянии хотя бы воспринимать информацию. Сейчас образование, основанное на ЕГЭ, направлено на комплексную и всестороннюю дебилизацию людей. С одной стороны, это очень удобно: они верят официальной пропаганде и любому бреду, который они слышат, и даже воспроизводят этот бред близко к тексту, не задумываясь о его смысле. Но, с другой стороны, это проблема, потому что люди ничему не могут научиться в принципе: у них разрушена способность к обучению.

Трудовую мотивацию можно вернуть. Меня можно научить работать на токарном станке, это несложно; выпускника современного вуза, даже хорошего, обучить работе на станке качественно сложнее, потому что у него разрушена способность воспринимать информацию. На это ориентирована вся система сегодняшнего образования. Потому что пока у нас еще достаточно людей, которые не являются жертвами нашего образования: это люди из Средней Азии, с Украины, некоторое количество из Белоруссии.

Но первые и главные задачи — ограничение произвола монополий и  ограничение финансовых спекуляций. У нас об этом никто не смеет даже заикаться. Но задачи прозрачные, понятные, решаемые. Договоренность с Renault вполне конструктивна, потому что за то, что мы потом вернем им все обратно, они обеспечивают поставку комплектующих. Другое дело, что если они поставку комплектующих перестанут обеспечивать или обеспечат в недостаточном объеме, придется у них все забирать. Но на такую защиту своих интересов наше государство неспособно, поэтому будем надеяться, что Renault об этом не узнает. Никогда не нужно недооценивать глупость и слабость ваших партнеров.

 

Юрий Симачев
Юрий Симачев
Экономист
Вероятно, нет. Какие-то автомобили мы будем производить, но они будут более низкого качества и безопасности, меньшего разнообразия.
читать полностью
Юрий Симачев
Экономист

По поводу новостей о возобновлении работы завода «Москвич» можно сказать следующее: если будут выполняться договоренности о том, что деятельность будет поддерживаться фирмой Renault в возможном поиске комплектующих, партнеров, то это будет очень ценной помощью. Есть некоторые модели, которые не столь импортозависимы. Существуют разные варианты: можно производить тот же ряд, что есть сейчас, можно что-то китайское — зависит от внешних условий и ограничений, как все будет складываться. Сама по себе договоренность, предполагающая при улучшении внешней ситуации вернуть производство компании Renault назад, очень приличная. Конечно, это не национализация, это передача управления компанией на время.

Сложно сказать про перспективы нашего автомобилестроения в целом, понятно, что какие-то автомобили мы будем производить, но они будут более низкого качества и безопасности, меньшего разнообразия. Без потерь дело не обойдется. Несправедливо будет сказать, что ничего нельзя будет произвести, но конечное качество и надежность пострадают.

Есть ли будущее у отечественного автопрома?
40%
60%
Михаил Делягин
Михаил Делягин
Экономист
Есть. Но нужно подходить к проблеме комплексно, ограничив произвол монополий и финансовые спекуляции.
читать полностью
Михаил Делягин
Михаил Делягин
Экономист

Шанс у российского автопрома в связи с запуском завода «Москвич» есть, но все дело в объеме работ. Когда Герман Греф в бытность свою министром экономического развития и торговли в середине 2000-х годов занимался привлечением в Россию иностранных инвесторов, он делал это путем уничтожения российской продукции комплектующих изделий. Весь наш автопром за небольшими исключениями был переведен на «отверточную» сборку частей изделий, которые привозились из-за границы.

Уровень локализации был довольно приличный, хотя многое делалось и здесь, даже двигатели. Но принцип был один: уничтожить свою промышленность комплектующих и заменить ее чужой. Эта задача была решена. В результате сейчас возникает многоуровневая проблема, потому что для сборки машин Renault на АвтоВАЗе нужны запчасти и комплектующие Renault. Но даже для того, чтобы производить здесь самим эти комплектующие, нам тоже нужны импортные элементы. И это достаточно сложная многоуровневая задача. У нас пока обсуждаются только верхние уровни: где мы возьмем комплектующие, давайте договоримся с Renault, чтобы продолжали поставлять запчасти, и т. д.

Нужна массовая промышленная активность. Нужны дешевые кредиты. Учитывая, что рентабельность нашей обрабатывающей промышленности по активам 5% (согласно официальным данным), доступный кредит для промышленности — это 2%. Это вам не ипотека. И это задачи уже не для Минпромторга, а для государства: такой дешевый кредит требует ограничения финансовых спекуляций и ограничения произвола монополий. С учетом решения этих двух задач все остальные сложности только технические.

А также нужно нормализовать образование, чтобы выпускники вузов (не говоря уже о школах и колледжах) были в состоянии хотя бы воспринимать информацию. Сейчас образование, основанное на ЕГЭ, направлено на комплексную и всестороннюю дебилизацию людей. С одной стороны, это очень удобно: они верят официальной пропаганде и любому бреду, который они слышат, и даже воспроизводят этот бред близко к тексту, не задумываясь о его смысле. Но, с другой стороны, это проблема, потому что люди ничему не могут научиться в принципе: у них разрушена способность к обучению.

Трудовую мотивацию можно вернуть. Меня можно научить работать на токарном станке, это несложно; выпускника современного вуза, даже хорошего, обучить работе на станке качественно сложнее, потому что у него разрушена способность воспринимать информацию. На это ориентирована вся система сегодняшнего образования. Потому что пока у нас еще достаточно людей, которые не являются жертвами нашего образования: это люди из Средней Азии, с Украины, некоторое количество из Белоруссии.

Но первые и главные задачи — ограничение произвола монополий и  ограничение финансовых спекуляций. У нас об этом никто не смеет даже заикаться. Но задачи прозрачные, понятные, решаемые. Договоренность с Renault вполне конструктивна, потому что за то, что мы потом вернем им все обратно, они обеспечивают поставку комплектующих. Другое дело, что если они поставку комплектующих перестанут обеспечивать или обеспечат в недостаточном объеме, придется у них все забирать. Но на такую защиту своих интересов наше государство неспособно, поэтому будем надеяться, что Renault об этом не узнает. Никогда не нужно недооценивать глупость и слабость ваших партнеров.

 

Закрыть Наверх
Юрий Симачев
Юрий Симачев
Экономист
Вероятно, нет. Какие-то автомобили мы будем производить, но они будут более низкого качества и безопасности, меньшего разнообразия.
читать полностью
Юрий Симачев
Юрий Симачев
Экономист

По поводу новостей о возобновлении работы завода «Москвич» можно сказать следующее: если будут выполняться договоренности о том, что деятельность будет поддерживаться фирмой Renault в возможном поиске комплектующих, партнеров, то это будет очень ценной помощью. Есть некоторые модели, которые не столь импортозависимы. Существуют разные варианты: можно производить тот же ряд, что есть сейчас, можно что-то китайское — зависит от внешних условий и ограничений, как все будет складываться. Сама по себе договоренность, предполагающая при улучшении внешней ситуации вернуть производство компании Renault назад, очень приличная. Конечно, это не национализация, это передача управления компанией на время.

Сложно сказать про перспективы нашего автомобилестроения в целом, понятно, что какие-то автомобили мы будем производить, но они будут более низкого качества и безопасности, меньшего разнообразия. Без потерь дело не обойдется. Несправедливо будет сказать, что ничего нельзя будет произвести, но конечное качество и надежность пострадают.

Закрыть Наверх
0 комментариев