Платформа дебатов и общественных дискуссий
Выпускается при поддержке:
Дебаты
Илья Переседов
Илья Переседов
Журналист
Нельзя забывать, что у Илона Маска действительно есть качества визионера.
читать полностью
Илья Переседов
Журналист

Мы знаем Илона Маска в нескольких ипостасях: как достаточно успешного коммерсанта (производство Tesla), как шоумена (всевозможные заявления, действия, мероприятия) и как человека, способного на крайне амбициозные, прорывные, в чем-то авантюрные и идеалистические проекты (проект полета на Марс). Все это взаимосвязано: в какие-то моменты он бывает больше бизнесменом, в какие-то визионером, за это мы его и любим.

Как и многие успешные публичные люди, он жонглирует своими ролями. Например, в настоящий момент мы не можем с уверенностью сказать, чем является его интерес к Твиттеру. Или это попытка заиметь достаточно перспективный коммерческий актив, или это надежда заполучить доступ к публичной площадке, свою планетарную трибуну; или же это вообще некий троллинг.

Сейчас стало известно, что Маск заморозил покупку Твиттера, вдруг заявив, что ему надо выяснить, сколько там действительно фейков и ботов, меньше ли их 5%. Конечно же, любой IT-эксперт скажет, что для такой площадки, как Твиттер не менее 15% заявленных аккаунтов являются фейковыми, от 10 до 25% в зависимости от страны и т. д. Сейчас все выглядит так, что Маск хочет выйти из этой сделки. Все это могло быть неким шоу и троллингом, в то время как наиболее агрессивное крыло Республиканской партии понадеялось, что Маск разбанит Трампа, и тот вернется в большую политику и реально сможет что-то сделать на следующих выборах в США.

С уверенностью трактовать те или иные действия Илона Маска достаточно сложно, но при этом нельзя забывать, что у него действительно есть измерение визионера. Как очень состоятельный человек, которого не очень волнует сохранение своего благосостояния (он может быть уверен, что оно в ближайшие десятилетия останется при нем), он может позволить себе смелые прорывные надежды.

Здесь мы плавно подходим к теме либертарианского глобализма, который если и существует, как оформившаяся планетарная тенденция, то Маск наверняка - один его наиболее выдающихся и ярких представителей. Я бы сказал, что если оценивать перспективы Маска как политической силы, то пока устоявшейся силой он не является, она только дооформляется. Примечательно, что если бы у Маска были амбиции в действительности менять что-то в раскладе планетарных сил, то тогда бы 44 млрд дол. он вкладывал бы не в покупку Твиттера, а в биткоин или криптовалюты.

Действительно, усиление такой альтернативной глобальной финансовой среды позволило бы ощутимо повлиять на экономическую ситуацию в мире, но не перевернуть ее. Однако Маск этого не делает. Более того, я напомню, что он даже перестал продавать автомобили Tesla за биткоины (хотя в какой-то момент начинал), сославшись на то, что якобы при производстве биткоина страдает экология. Это нелепое заявление, тогда они должны были бы отказаться от выпуска своих автомобилей, потому что при производстве их аккумуляторов экология страдает гораздо серьезнее, чем от какого-то биткоина. Это была формальная отговорка.

Промышленник Маск не готов переводить свое производство, свою систему экономических отношений на какую-то новую платформу или среду. Если он сейчас этого не делает, не значит, что он исключает это для себя, а значит, что он и люди, которые его поддерживают (а такие, очевидно, есть), если не смотрят в этом направлении, то играют вдолгую и сейчас предпочитают усилить свое информационное присутствие и влияние.

Даже если сейчас покупка Твиттера не состоится, это не значит, что что-то подобное не случится вновь через 2-3 года или через 10 лет. У Маска достаточно выгодное положение. Ожидать в ближайшее время усиления в мировой политике какой-то такой силы я бы не стал, но сбрасывать такую вероятность со счетов не стоит. Можно допустить, что она может постепенно набирать силы и себя проявлять. Тогда глобальное либертарианство не будет частью западной политической среды, наоборот, оно будет транснациональным и трансконтинентальным.

Я абсолютно уверен, что сегодня Маск, когда смотрит на санкции, которые вводятся против России, в голове уже прокручивает сценарий, как спустя несколько лет в том случае, если российская космическая отрасль от санкций сильно пострадает, сможет предложить вышедшей из-под санкций России свои услуги коммерсанта в том, чтобы модернизировать нашу космическую сферу. Для него в этом не будет никакой проблемы. То, что невозможно представить для NASA, для него будет вполне легко и доступно. То же самое и с криптовалютой.

Понятно, что возникновение криптовалюты можно притянуть хоть к христианству (универсализм христианства, который проявил себя в экономике; протестантская этика Вебера, и пр.), но сегодня существование криптовалюты к западному миру никакого отношения не имеет, это уже глобальная история. Есть предположения, что и Китай вкладывается в нее гораздо активнее, чем признается.

Если среда таких новых капиталистов состоится и объединится, то это уже будет находиться, как мне кажется, за пределами привычных политических и культурных границ и, возможно, за пределами привычных границ вообще. Надо вспомнить Цукерберга с его проектом Meta*, который создает альтернативную виртуальную реальность.

Маск обещает всем полет на Марс вдаль от проблем, которые неминуемо задушат Землю. Не исключено и то, что в какой-то момент, он предложит нам всем уйти в некий виртуальный мир от несуразиц и проблем мира реального. Тогда, возможно, этот новый мир и будет построен на всех этих либертарианских принципах.

____

* Meta – признана в РФ экстремистской и террористской компанией

Александр Бирман
Александр Бирман
Журналист
Маск может стать «лицом» нового «рейганизма», и запрос на такую альтернативу очень силен.
читать полностью
Александр Бирман
Журналист

До недавнего времени западные элиты пытались строить инклюзивный капитализм, капитализм заинтересованных сторон (stakeholder capitalism) или, с учетом участия Ватикана, я бы назвал «Контрреформацией 2.0».

Речь идет о некоем изводе «капитализма с человеческим лицом», который предполагает осознанное потребление, «зеленую» повестку, принципы ESG («экология, социальная политика, корпоративное управление») и обусловленность права собственности.

Во время пандемии ковида мы увидели, что санитарные нормы становились важнее, чем потребности и желания владельцев бизнесов. Сейчас, исходя из моральной позиции властей Запада, арестовываются активы и РФ, и граждан России. Включается не правовой механизм, а механизм: «вы плохие, поэтому мы арестовываем ваши активы». Право собственности становится обусловленным, как оно обусловлено в глобальном смысле «зеленой» повесткой: «если ты загрязняешь природу, ты должен лишаться своих активов».

Защита природы оказывается важнее защиты права собственности.

Это становилось мейнстримом на Западе до конфликта на Украине. Точнее, до его последствий в виде энергетического и продовольственного кризисов, которые резко выводят западного обывателя из зоны комфорта: для человека доступность еды и дешевизна бензина становятся важнее, чем размеры выбросов в окружающую среду или то, как его работодатель или контрагент соответствуют принципам ESG, гендерным нормативам и т.п.

Холодильник перехватывает контроль у телевизора, ну или интернета. В такой ситуации у авторов и продюсеров инклюзивного капитализма резко ограничивается возможность маневра. Мы видим западных мыслителей, того же Славоя Жижека, которые считают, что только «военный коммунизм» поможет Европу пережить надвигающуюся социально-экономическую катастрофу. Некоторые представители демпартии США уже говорят о «заговоре жадных корпораций» как о причине нынешнего скачка инфляции.

Таким образом, высока вероятность уже не просто «левого поворота» (тем более что возможность бюджетов наращивать социальные расходы ограничена также растущими тратами на оборону), но резкого крена влево. Что, по большому счёту, и провоцирует тот самый раскол элит на Западе, который уже несколько месяцев пророчат некоторые российские наблюдатели.

Если инклюзивный капитализм был принят крупным бизнесом (включая энергетический, пусть и с оговорками) как средний путь, возможность избежать крайности и пройти «между Трампом и Окасио-Кортес», то теперь этого пространства для манёвра не остаётся.

Соответственно, весьма вероятен уже не только «реднековский», но и вполне элитарный запрос на либерально-консервативную идеологию, возвращающую примат свободы собственности, скорее изоляционистскую, нежели глобалистскую (в силу складывающихся геополитических) реалий, и предполагающую определенную реабилитацию традиционных ценностей (цинично говоря, из-за растущей потребности в национальной рабочей силе).

Я не готов говорить, что это чистый трампизм или что Илон Маск (при всем своем либертарианстве) исповедует эту идеологию. Хотя бы потому, что бизнес Маска сильно завязан на «зеленую повестку». Но его высказывания о политике Твиттера применительно к свободе слова ближе к праволиберальному набору ценностей. Маск не то что бы может стать «лицом» этой альтернативы, он может стать одним из ее лиц.

Запрос на подобную альтернативу в западных элитах будет силен, я бы провел параллель с ситуацией, когда президентом США стал Рональд Рейган. Экономически и геополитически тогда ситуация была во многом похожа на нынешнюю. Рейган пришел после долгих лет стагфляции, когда арабскими странами было объявлено нефтяное эмбарго после войны Судного дня. Потом была исламская революция в Иране, который тоже подстегнула цены на нефть, затем произошло вторжение Советского Союза в Афганистан. И на этом фоне американская экономика столкнулась со стагфляцией – отсутствием роста при довольно высокой инфляции.

Рейганомика была в значительной степени построена на том, что американский истеблишмент боролся с геополитической угрозой и с экономическими вызовами. В 1980-х годах Рейган резко смягчил фискальную политику, при этом проводя жесткую денежно-кредитную политику. Нечто подобное происходит сейчас и у нас: при достаточно высокой ключевой ставке (хотя она немного снижается) бюджетные расходы увеличиваются. Тогда резко стали набирать популярность кредитованные выкупы за счет «мусорных облигаций».

Символично, что покупка Маском Твиттера была именно кредитованным выкупом, механизмом рейгановской эпохи. В США становится вполне реальным ожидать прихода силы, которую можно было бы назвать новым рейганизмом и которая могла бы дать не «левый» ответ на возникшие геополитические и экономические вызовы.

Может ли либертарианский глобализм в лице Илона Маска стать новой силой западной политики?
64%
36%
Илья Переседов
Илья Переседов
Журналист
Нельзя забывать, что у Илона Маска действительно есть качества визионера.
читать полностью
Илья Переседов
Илья Переседов
Журналист

Мы знаем Илона Маска в нескольких ипостасях: как достаточно успешного коммерсанта (производство Tesla), как шоумена (всевозможные заявления, действия, мероприятия) и как человека, способного на крайне амбициозные, прорывные, в чем-то авантюрные и идеалистические проекты (проект полета на Марс). Все это взаимосвязано: в какие-то моменты он бывает больше бизнесменом, в какие-то визионером, за это мы его и любим.

Как и многие успешные публичные люди, он жонглирует своими ролями. Например, в настоящий момент мы не можем с уверенностью сказать, чем является его интерес к Твиттеру. Или это попытка заиметь достаточно перспективный коммерческий актив, или это надежда заполучить доступ к публичной площадке, свою планетарную трибуну; или же это вообще некий троллинг.

Сейчас стало известно, что Маск заморозил покупку Твиттера, вдруг заявив, что ему надо выяснить, сколько там действительно фейков и ботов, меньше ли их 5%. Конечно же, любой IT-эксперт скажет, что для такой площадки, как Твиттер не менее 15% заявленных аккаунтов являются фейковыми, от 10 до 25% в зависимости от страны и т. д. Сейчас все выглядит так, что Маск хочет выйти из этой сделки. Все это могло быть неким шоу и троллингом, в то время как наиболее агрессивное крыло Республиканской партии понадеялось, что Маск разбанит Трампа, и тот вернется в большую политику и реально сможет что-то сделать на следующих выборах в США.

С уверенностью трактовать те или иные действия Илона Маска достаточно сложно, но при этом нельзя забывать, что у него действительно есть измерение визионера. Как очень состоятельный человек, которого не очень волнует сохранение своего благосостояния (он может быть уверен, что оно в ближайшие десятилетия останется при нем), он может позволить себе смелые прорывные надежды.

Здесь мы плавно подходим к теме либертарианского глобализма, который если и существует, как оформившаяся планетарная тенденция, то Маск наверняка - один его наиболее выдающихся и ярких представителей. Я бы сказал, что если оценивать перспективы Маска как политической силы, то пока устоявшейся силой он не является, она только дооформляется. Примечательно, что если бы у Маска были амбиции в действительности менять что-то в раскладе планетарных сил, то тогда бы 44 млрд дол. он вкладывал бы не в покупку Твиттера, а в биткоин или криптовалюты.

Действительно, усиление такой альтернативной глобальной финансовой среды позволило бы ощутимо повлиять на экономическую ситуацию в мире, но не перевернуть ее. Однако Маск этого не делает. Более того, я напомню, что он даже перестал продавать автомобили Tesla за биткоины (хотя в какой-то момент начинал), сославшись на то, что якобы при производстве биткоина страдает экология. Это нелепое заявление, тогда они должны были бы отказаться от выпуска своих автомобилей, потому что при производстве их аккумуляторов экология страдает гораздо серьезнее, чем от какого-то биткоина. Это была формальная отговорка.

Промышленник Маск не готов переводить свое производство, свою систему экономических отношений на какую-то новую платформу или среду. Если он сейчас этого не делает, не значит, что он исключает это для себя, а значит, что он и люди, которые его поддерживают (а такие, очевидно, есть), если не смотрят в этом направлении, то играют вдолгую и сейчас предпочитают усилить свое информационное присутствие и влияние.

Даже если сейчас покупка Твиттера не состоится, это не значит, что что-то подобное не случится вновь через 2-3 года или через 10 лет. У Маска достаточно выгодное положение. Ожидать в ближайшее время усиления в мировой политике какой-то такой силы я бы не стал, но сбрасывать такую вероятность со счетов не стоит. Можно допустить, что она может постепенно набирать силы и себя проявлять. Тогда глобальное либертарианство не будет частью западной политической среды, наоборот, оно будет транснациональным и трансконтинентальным.

Я абсолютно уверен, что сегодня Маск, когда смотрит на санкции, которые вводятся против России, в голове уже прокручивает сценарий, как спустя несколько лет в том случае, если российская космическая отрасль от санкций сильно пострадает, сможет предложить вышедшей из-под санкций России свои услуги коммерсанта в том, чтобы модернизировать нашу космическую сферу. Для него в этом не будет никакой проблемы. То, что невозможно представить для NASA, для него будет вполне легко и доступно. То же самое и с криптовалютой.

Понятно, что возникновение криптовалюты можно притянуть хоть к христианству (универсализм христианства, который проявил себя в экономике; протестантская этика Вебера, и пр.), но сегодня существование криптовалюты к западному миру никакого отношения не имеет, это уже глобальная история. Есть предположения, что и Китай вкладывается в нее гораздо активнее, чем признается.

Если среда таких новых капиталистов состоится и объединится, то это уже будет находиться, как мне кажется, за пределами привычных политических и культурных границ и, возможно, за пределами привычных границ вообще. Надо вспомнить Цукерберга с его проектом Meta*, который создает альтернативную виртуальную реальность.

Маск обещает всем полет на Марс вдаль от проблем, которые неминуемо задушат Землю. Не исключено и то, что в какой-то момент, он предложит нам всем уйти в некий виртуальный мир от несуразиц и проблем мира реального. Тогда, возможно, этот новый мир и будет построен на всех этих либертарианских принципах.

____

* Meta – признана в РФ экстремистской и террористской компанией

Закрыть Наверх
Александр Бирман
Александр Бирман
Журналист
Маск может стать «лицом» нового «рейганизма», и запрос на такую альтернативу очень силен.
читать полностью
Александр Бирман
Александр Бирман
Журналист

До недавнего времени западные элиты пытались строить инклюзивный капитализм, капитализм заинтересованных сторон (stakeholder capitalism) или, с учетом участия Ватикана, я бы назвал «Контрреформацией 2.0».

Речь идет о некоем изводе «капитализма с человеческим лицом», который предполагает осознанное потребление, «зеленую» повестку, принципы ESG («экология, социальная политика, корпоративное управление») и обусловленность права собственности.

Во время пандемии ковида мы увидели, что санитарные нормы становились важнее, чем потребности и желания владельцев бизнесов. Сейчас, исходя из моральной позиции властей Запада, арестовываются активы и РФ, и граждан России. Включается не правовой механизм, а механизм: «вы плохие, поэтому мы арестовываем ваши активы». Право собственности становится обусловленным, как оно обусловлено в глобальном смысле «зеленой» повесткой: «если ты загрязняешь природу, ты должен лишаться своих активов».

Защита природы оказывается важнее защиты права собственности.

Это становилось мейнстримом на Западе до конфликта на Украине. Точнее, до его последствий в виде энергетического и продовольственного кризисов, которые резко выводят западного обывателя из зоны комфорта: для человека доступность еды и дешевизна бензина становятся важнее, чем размеры выбросов в окружающую среду или то, как его работодатель или контрагент соответствуют принципам ESG, гендерным нормативам и т.п.

Холодильник перехватывает контроль у телевизора, ну или интернета. В такой ситуации у авторов и продюсеров инклюзивного капитализма резко ограничивается возможность маневра. Мы видим западных мыслителей, того же Славоя Жижека, которые считают, что только «военный коммунизм» поможет Европу пережить надвигающуюся социально-экономическую катастрофу. Некоторые представители демпартии США уже говорят о «заговоре жадных корпораций» как о причине нынешнего скачка инфляции.

Таким образом, высока вероятность уже не просто «левого поворота» (тем более что возможность бюджетов наращивать социальные расходы ограничена также растущими тратами на оборону), но резкого крена влево. Что, по большому счёту, и провоцирует тот самый раскол элит на Западе, который уже несколько месяцев пророчат некоторые российские наблюдатели.

Если инклюзивный капитализм был принят крупным бизнесом (включая энергетический, пусть и с оговорками) как средний путь, возможность избежать крайности и пройти «между Трампом и Окасио-Кортес», то теперь этого пространства для манёвра не остаётся.

Соответственно, весьма вероятен уже не только «реднековский», но и вполне элитарный запрос на либерально-консервативную идеологию, возвращающую примат свободы собственности, скорее изоляционистскую, нежели глобалистскую (в силу складывающихся геополитических) реалий, и предполагающую определенную реабилитацию традиционных ценностей (цинично говоря, из-за растущей потребности в национальной рабочей силе).

Я не готов говорить, что это чистый трампизм или что Илон Маск (при всем своем либертарианстве) исповедует эту идеологию. Хотя бы потому, что бизнес Маска сильно завязан на «зеленую повестку». Но его высказывания о политике Твиттера применительно к свободе слова ближе к праволиберальному набору ценностей. Маск не то что бы может стать «лицом» этой альтернативы, он может стать одним из ее лиц.

Запрос на подобную альтернативу в западных элитах будет силен, я бы провел параллель с ситуацией, когда президентом США стал Рональд Рейган. Экономически и геополитически тогда ситуация была во многом похожа на нынешнюю. Рейган пришел после долгих лет стагфляции, когда арабскими странами было объявлено нефтяное эмбарго после войны Судного дня. Потом была исламская революция в Иране, который тоже подстегнула цены на нефть, затем произошло вторжение Советского Союза в Афганистан. И на этом фоне американская экономика столкнулась со стагфляцией – отсутствием роста при довольно высокой инфляции.

Рейганомика была в значительной степени построена на том, что американский истеблишмент боролся с геополитической угрозой и с экономическими вызовами. В 1980-х годах Рейган резко смягчил фискальную политику, при этом проводя жесткую денежно-кредитную политику. Нечто подобное происходит сейчас и у нас: при достаточно высокой ключевой ставке (хотя она немного снижается) бюджетные расходы увеличиваются. Тогда резко стали набирать популярность кредитованные выкупы за счет «мусорных облигаций».

Символично, что покупка Маском Твиттера была именно кредитованным выкупом, механизмом рейгановской эпохи. В США становится вполне реальным ожидать прихода силы, которую можно было бы назвать новым рейганизмом и которая могла бы дать не «левый» ответ на возникшие геополитические и экономические вызовы.

Закрыть Наверх
0 комментариев