Платформа дебатов и общественных дискуссий
Выпускается при поддержке:

Дебаты: Насколько справедливы слова президента Байдена об «игре в выжидание» между РФ и ЕС?

Дмитрий Суслов
Дмитрий Суслов
Политолог (НИУ ВШЭ)
Байден прав, и первой сдастся Европа.
читать полностью
Дмитрий Суслов
Политолог (НИУ ВШЭ)

Думаю, слова Байдена действительно отражают то, что происходит. Они отражают тот дискурс, который сформировался на Западе, в том числе, в Европейском Союзе о том, что конфликт перешёл в стадию «войны на истощение». Джозеф Байден это назвал «войной на выжидание». Исход этого противостояния будет зависеть от того, кто первый сломается, и насколько стороны могут выдерживать тот ущерб, который нынешняя конфронтация наносит, то есть, они наносят друг другу.

Об этом очень правильно заявила один из самых авторитетных европейских континентальных экспертов Натали Точчи, которая была в своё время советником Федерики Могерини, а сегодня возглавляет итальянский Институт международных отношений. Она пояснила, что наступит момент, когда та или иная сторона придёт к выводу, что не готова дальше испытывать страдания, что масштаб издержек становится недопустимым.

Несмотря на то, что ущерб, наносимый ЕС России всё ещё больше, чем экономический ущерб, который Россия наносит Европейскому Союзу и который ЕС наносит сам себе антироссийскими санкциями, тем не менее, болевой порог у Европейского Союза гораздо ниже, чем у России. Европейское население, особенно население стран Западной Европы, готово терпеть гораздо меньший масштаб снижения уровня жизни, чем в России, это абсолютная правда.

Мы это видим на примере парламентских выборов во Франции, на которых потерпела поражение коалиция Макрона, а наибольшего успеха добился Меланшон, левые. Мы это видим на примере протестов в Брюсселе, которые состоялись пару дней назад, и так далее. Мы это видим на примере того дискурса, который формируется даже в Соединённых Штатах: за что, собственно, американцы платят из своего кошелька? Готовы ли они терпеть нынешний уровень инфляции? Готовы ли жертвовать своим собственным благосостоянием для того, чтобы бороться с Россией и позволять Украине, как заявляют в Киеве, вести войну до победного конца?

В краткосрочной перспективе нет никаких предпосылок к тому, чтобы та или другая сторона пошла на попятную, была готова к уступкам. А в более долгосрочной перспективе это будет зависеть от того, у кого у первого закончится и политическая воля, и ресурсы. Поэтому в данном случае Байден, мне кажется, абсолютно прав.

Алексей Макаркин
Алексей Макаркин
Политолог
У европейцев есть запас прочности, причем куда больший, чем это принято считать.
читать полностью
Алексей Макаркин
Политолог

Полагаю, что озвученный президентом Байденом тезис об «игре в выжидание» — не только публичная позиция Соединенных Штатов, но и их реальная позиция.

В самых разных СМИ есть такое представление, что якобы общество достаточно быстро может предъявить претензии своим политикам, мол, давайте заканчивать. Но общества все же разные. К таким прогнозам надо относиться осторожно. У общества есть запас прочности.

Если мы посмотрим на российское общество, то цифры поддержки российской власти резко увеличились с начала специальной военной операции. В марте начались замеры рейтингов, они тоже резко выросли, а не уменьшились. Есть колебания рейтингов, но они в значительной степени связаны с ограничителями для количественных исследований.

Надо сказать, что сейчас для российского общества тема операции постепенно отходит на второй план. Это не значит, что поддержка уменьшается, наоборот: то, что общество уделяет этому вопросу меньше внимания, как раз способствует тому, что поддержка сохраняется.

Что касается экономических последствий, то здесь мнения не радужные. Но при этом старшие поколения исходят из того, что экономическая цена вопроса на сегодняшний момент невысока. Они сравнивают реальность с 1990ми годами, и индикатором служит то, что пенсию приносят в полном объеме и своевременно. Люди, в общем, исходят из того, что ничего страшного в экономике не происходит.

Что касается молодых людей, то у них отношение более тревожное, но они также исходят из того, что ситуация не носит безвыходного характера. Кто-то надеется, что все сравнительно быстро закончится; те, кто считает, что не закончится, ищут какие-то альтернативные варианты, включая и так называемую релокацию, то есть, они не идут на улицу.

В России есть представление, что на Западе живут совершенно избалованные люди, которые при повышении цен на бензин тут же идут и требуют, чтобы правительство меняло внешнюю политику. На самом деле, на сегодняшний момент такого не происходит. Среди политиков там есть колебания: как реагировать на российско-украинский конфликт, насколько глубоко втягиваться в него, закрывать ли дорогу к переговорам с Россией или не закрывать? Есть разные позиции и разные мнения, но сохраняется консенсус, что Украину надо поддерживать, и этот консенсус не сталкивается с каким-то серьезным общественным протестом.

Основные мировые СМИ сочувствуют Украине, что тоже влияет на общественное мнение. Те, кто не доверяют мейнстримным СМИ, хотя их и немало, но они находятся в меньшинстве и не могут реально влиять на принятие политических решений.

Сейчас горизонт планирования небольшой, скорее всего, европейцы смотрят, что будет до осени, и пока инерция сохраняется и там, и здесь.

Насколько справедливы слова президента Байдена об «игре в выжидание» между РФ и ЕС?
42%
58%
Дмитрий Суслов
Дмитрий Суслов
Политолог (НИУ ВШЭ)
Байден прав, и первой сдастся Европа.
читать полностью
Дмитрий Суслов
Дмитрий Суслов
Политолог (НИУ ВШЭ)

Думаю, слова Байдена действительно отражают то, что происходит. Они отражают тот дискурс, который сформировался на Западе, в том числе, в Европейском Союзе о том, что конфликт перешёл в стадию «войны на истощение». Джозеф Байден это назвал «войной на выжидание». Исход этого противостояния будет зависеть от того, кто первый сломается, и насколько стороны могут выдерживать тот ущерб, который нынешняя конфронтация наносит, то есть, они наносят друг другу.

Об этом очень правильно заявила один из самых авторитетных европейских континентальных экспертов Натали Точчи, которая была в своё время советником Федерики Могерини, а сегодня возглавляет итальянский Институт международных отношений. Она пояснила, что наступит момент, когда та или иная сторона придёт к выводу, что не готова дальше испытывать страдания, что масштаб издержек становится недопустимым.

Несмотря на то, что ущерб, наносимый ЕС России всё ещё больше, чем экономический ущерб, который Россия наносит Европейскому Союзу и который ЕС наносит сам себе антироссийскими санкциями, тем не менее, болевой порог у Европейского Союза гораздо ниже, чем у России. Европейское население, особенно население стран Западной Европы, готово терпеть гораздо меньший масштаб снижения уровня жизни, чем в России, это абсолютная правда.

Мы это видим на примере парламентских выборов во Франции, на которых потерпела поражение коалиция Макрона, а наибольшего успеха добился Меланшон, левые. Мы это видим на примере протестов в Брюсселе, которые состоялись пару дней назад, и так далее. Мы это видим на примере того дискурса, который формируется даже в Соединённых Штатах: за что, собственно, американцы платят из своего кошелька? Готовы ли они терпеть нынешний уровень инфляции? Готовы ли жертвовать своим собственным благосостоянием для того, чтобы бороться с Россией и позволять Украине, как заявляют в Киеве, вести войну до победного конца?

В краткосрочной перспективе нет никаких предпосылок к тому, чтобы та или другая сторона пошла на попятную, была готова к уступкам. А в более долгосрочной перспективе это будет зависеть от того, у кого у первого закончится и политическая воля, и ресурсы. Поэтому в данном случае Байден, мне кажется, абсолютно прав.

Закрыть Наверх
Алексей Макаркин
Алексей Макаркин
Политолог
У европейцев есть запас прочности, причем куда больший, чем это принято считать.
читать полностью
Алексей Макаркин
Алексей Макаркин
Политолог

Полагаю, что озвученный президентом Байденом тезис об «игре в выжидание» — не только публичная позиция Соединенных Штатов, но и их реальная позиция.

В самых разных СМИ есть такое представление, что якобы общество достаточно быстро может предъявить претензии своим политикам, мол, давайте заканчивать. Но общества все же разные. К таким прогнозам надо относиться осторожно. У общества есть запас прочности.

Если мы посмотрим на российское общество, то цифры поддержки российской власти резко увеличились с начала специальной военной операции. В марте начались замеры рейтингов, они тоже резко выросли, а не уменьшились. Есть колебания рейтингов, но они в значительной степени связаны с ограничителями для количественных исследований.

Надо сказать, что сейчас для российского общества тема операции постепенно отходит на второй план. Это не значит, что поддержка уменьшается, наоборот: то, что общество уделяет этому вопросу меньше внимания, как раз способствует тому, что поддержка сохраняется.

Что касается экономических последствий, то здесь мнения не радужные. Но при этом старшие поколения исходят из того, что экономическая цена вопроса на сегодняшний момент невысока. Они сравнивают реальность с 1990ми годами, и индикатором служит то, что пенсию приносят в полном объеме и своевременно. Люди, в общем, исходят из того, что ничего страшного в экономике не происходит.

Что касается молодых людей, то у них отношение более тревожное, но они также исходят из того, что ситуация не носит безвыходного характера. Кто-то надеется, что все сравнительно быстро закончится; те, кто считает, что не закончится, ищут какие-то альтернативные варианты, включая и так называемую релокацию, то есть, они не идут на улицу.

В России есть представление, что на Западе живут совершенно избалованные люди, которые при повышении цен на бензин тут же идут и требуют, чтобы правительство меняло внешнюю политику. На самом деле, на сегодняшний момент такого не происходит. Среди политиков там есть колебания: как реагировать на российско-украинский конфликт, насколько глубоко втягиваться в него, закрывать ли дорогу к переговорам с Россией или не закрывать? Есть разные позиции и разные мнения, но сохраняется консенсус, что Украину надо поддерживать, и этот консенсус не сталкивается с каким-то серьезным общественным протестом.

Основные мировые СМИ сочувствуют Украине, что тоже влияет на общественное мнение. Те, кто не доверяют мейнстримным СМИ, хотя их и немало, но они находятся в меньшинстве и не могут реально влиять на принятие политических решений.

Сейчас горизонт планирования небольшой, скорее всего, европейцы смотрят, что будет до осени, и пока инерция сохраняется и там, и здесь.

Закрыть Наверх
1 комментариев
  • Владимир
    Владимир
    Добрый вечер. Да, в принципе, рассуждения Макаркина правильные, хотя для меня и не радостные.